Читать онлайн «Тень Победы [Новое издание, исправленное и переработанное]». Страница 79

Военный корреспондент и литературный секретарь газеты «Красная звезда» Александр Кривицкий (в среднем ряду второй справа) среди бойцов Панфиловской дивизии (осень 1943 года, Северо-Западный фронт).

28 ноября 1941 года, на следующий день после публикации заметки Коротеева «Гвардейцы-панфиловцы в боях за Москву», в «Красной звезде» была опубликована большая передовая статья «Завещание 28 павших героев», написанная литературным секретарем газеты Александром Кривицким. Затем 22 января 1942 года на страницах газеты появился его очерк «О 28 павших героях», где впервые были названы имена 28 панфиловцев.

Расследование, проведенное Главной военной прокуратурой СССР в 1948 году, установило: «подвйг 28 гвардейцев-панфшювцев, освещенный в печати, является вымыслом корреспондента Коротеева, редактора «Красной звезды» Ортенберга и в особенности литературного секретаря газеты Кривицкого.» (Справка-доклад главного военного прокурора Н. Афанасьева «О 28 панфиловцах». ГА РФ. Ф. P-8131. htlp://www.slatearchive.ru/607).

Редактор газеты «Красная звезда» Давид Ортенберг, военный фотокорреспондент М.С. Бернштейн и генеральный секретарь Союза писателей СССР, военный корреспондент газеты «Правда» Владимир Ставский (настоящая фамилия Кирпичников) за чтением газеты «Героическая красноармейская» в расположении 1-й армейской группы (Монголия, река Халхин-Гол, 1939 г.).

В 1939 году на Халхин-Голе состоялся дебют Жукова в роли полководца. 15 июля 1939 года 57-й особый корпус Жукова был развернут в 1-ю армейскую группу, а 31 июля Жукову было присвоено воинское звание комкор. Уже тогда Жуков продвигал Ортенберга, а Ортенберг прославлял Жукова. Через два года, в 1941 году, Ортенберг станет главным редактором «Красной звезды», главной газеты Красной Армии, и раструбит на весь мир о подвиге 28 панфиловцев, которые, сражаясь под гениальным руководством непобедимого Жукова, истребили фантастическое количество немецких танков. А пока в преддверии Второй мировой войны молодые коммунистические агитаторы оттачивали на Халхин-Голе свои перья.

Владимир Ставский известен тем, что в 1937–1938 годах написал доносы на Шолохова и Мандельштама (последний по доносу Ставского был арестован).

Фронтовые будни главного редактора газеты «Красная звезда» Давида Ортенберга (1942 год, действующая армия). Ортенберг был главным организатором создания и распространения мифа о 28 панфиловцах; в частности, именно он решил, что героев должно быть двадцать восемь.

Установив, что подвиг 28 панфиловцев оказался вымыслом, Главная военная прокуратура не поднимала шума: подвиг уже был вписан в энциклопедии и учебники как один из самых ярких эпизодов войны. Кроме того, в эту историю оказался замешан Маршал Советского Союза Жуков. В конце 1941 — начале 1942 года кто-то из его подчиненных прочитал в газетах рассказ о фантастическом подвиге 28 панфиловцев и доложил маршалу. Жуков потребовал составить список погибших — тех, кто мог бы быть в том легендарном бою, — и представил их к награждению. Всем, кого вписали в список, были присвоены высокие звания посмертно. После того, как Верховный Совет издал указ о награждении этих «героев», их «подвиг» перестал быть плодом журналистского трепа. Он стал реальным событием, хотя не все из попавших в список на самом деле погибли. В списке героев оказались и те, кто добровольно ушел к гитлеровцам и служил им верой и правдой.

Так Жуков возвел в ранг реального события легенду, которая иначе осталась бы заурядной фронтовой байкой или газетной «уткой», распространявшейся с молчаливого согласия комиссаров для поднятия боевого духа.

Полковник Михаил Андреевич Богданов после возвращения из Испании, где он находился в качестве военного советника. С 15 июля до сентября 1939 года Богданов (уже в звании комбрига) был начальником штаба 1-й армейской группы и планировал операцию Жукова на Халхин-Голе, сыграв ключевую роль в разгроме японских войск, однако в мемуарах Жуков упоминает начальника своего штаба всего один раз, даже не называя его имени, хотя вспоминает имена многих других менее важных участников операции — от комиссаров до простых солдат, советских и монгольских, в том числе рядового кавалериста Херлоо, водителя бронемашины Хаян-хирва, наводчиков зенитных орудий Чултема и Гамбосурена. Такой «провал в памяти» объясняется очень просто: истинная роль Жукова в сражении на Халхин-Голе преувеличена. Планы разгрома 6-й японской армии были разработаны без Жукова, а его роль сводилась к тому, чтобы беспощадными расстрелами гнать людей в бой. И когда пришла пора славу делить, Жуков, по свидетельству адмирала Н. Г. Кузнецова, «все успехи в боях с японцами старался приписать себе» (ВИЖ. 1992. № 1. С. 76).

Командующий 1-й армейской группой комкор Георгий Жуков на Халхин-Голе (1939 г.).

Взрыв на линкоре «Октябрьская революция» в результате попадания бомбы пикирующего бомбардировщика (акватория Финского залива близ Ленинграда, 1941 год; снимок сделан немецким летчиком).

В 1933 году Сталин сказал: «Балтийское море — бутылка, а пробка не у нас», но из трех своих линкоров два он почему-то держал на Балтике.

В закупоренной бутылке. В 1941 году только на Балтике Сталин имел 65 подводных лодок, включая крейсерские. Ни одна страна мира не имела такой крупной группировки подводного флота, сосредоточенной в одном районе. Кроме подводных лодок и линкоров Сталин держал на Балтике 2 крейсера, 21 лидер и эсминец, 48 торпедных катеров и другие силы.

Если мы намерены обороняться, то боевые корабли в Балтийском море не нужны: в оборонительной войне советскому Балтийскому флоту делать нечего. Более двухсот лет Петербург был столицей империи, и на этом участке все русские цари, начиная с Петра, возводили укрепления.

Весь берег был превращен в сплошную цепь морских крепостей, фортов, укрепленных районов и береговых батарей. Береговая оборона Балтийского флота на 21 июня 1941 года имела 124 береговых батареи, на вооружении которых было 253 орудия калибром от 100 до 406 мм и 60 орудий калибром 45 и 76 мм. В случае острой необходимости можно было погрузить мины на баржи и быстро перекрыть ими устье Финского залива. Никому не пришло бы в голову высаживать тут десант или штурмовать город. Зачем ко всему этому иметь на Балтике еще и флот?

Более того, в случае нападения противника Балтийский флот оказывался предельно уязвимым; противник мог легко блокировать его — например, выставив на подступах к базам несколько сотен мин. Именно это и случилось в июне 1941 года, и всю войну Балтийский флот бездействовал.

Немецкий танкер, подорванный авиацией Балтийского флота в Балтийском море (апрель 1943 года). Снимок сделан советским летчиком.

В 1939 году Гитлер вступил во Вторую мировую войну, имея всего лишь 57 подводных лодок. Германскому флоту пришлось вести неравную борьбу со сверхмощными флотами Британии и Франции в Атлантике и на Средиземном море. На Балтике у Гитлера не осталось почти никаких сил: летом 1941 года он держал в Балтийском море 5 учебных подводных лодок и 28 торпедных катеров (часть из которых тоже были учебными); все остальные суда были вспомогательными — минные заградители, тральщики, катера различного назначения.

А товарищ Сталин, взирая на схватку Германии, Франции и Британии, наращивал мощь своего Балтийского флота. Зачем?

На Балтике германский флот своей авиации не имел. Советский Балтийский флот имел 656 боевых самолетов, в основном бомбардировщики и торпедоносцы. Зачем держать их здесь в таких количествах, если крупных боевых кораблей у Гитлера на Балтике нет?

В закрытой акватории Балтийского моря Сталин мог поставить своему флоту только одну задачу: топить германские транспорты. Другой работы для него здесь нет.

Хороший стратег должен был видеть слабое звено всей германской экономики: подвоз железной руды из Швеции, никеля и леса из Финляндии. Ни британский, ни французский флот перевозкам железной руды на Балтике угрожать не могли. Прорыв этих флотов в Балтийское море — прорыв в мышеловку. А советскому флоту никуда прорываться не надо. Он уже тут. Он мирно ждет на своих базах.

В любой момент Балтийский флот мог выйти в район германских и шведских портов, заблокировать их тысячами мин, а беззащитные транспорты потопить. Это было бы концом войны для Германии. И этого не могли не понимать в Берлине. Пока Гитлер воевал против Британии и Франции, за его спиной над Балтикой сверкал занесенный топор Сталина. Германские стратеги видели угрозу со стороны советского флота на Балтике и искали способы ее нейтрализации.

Советские моряки проходят по одной из улиц в центре Таллина (Эстония, 1940 г.). Летом 1940 года Сталин присоединил к Советскому Союзу Эстонию, Латвию и Литву, создал на их территории Прибалтийский особый военный округ и основные силы этого округа сосредоточил на границе с Восточной Пруссией. С точки зрения подготовки страны к обороне в случае возможного нападения Германии такие действия — огромная ошибка.